Уважаемая редакция! С большим интересом прочитал в прошлом номере («Похоронный дом», № 8-9, 2008) статьи президента СПОК Павла Кодыша, директора Новосибирского крематория Павла Новикова и генерального директора ЗАО «ДИАС» Николая Жукова по проблеме кремации тучных людей. Я понимаю и разделяю их тревогу, поскольку изложенную проблему знаю не понаслышке, сам уже три года являюсь техническим директором Сургутского крематория (12 декабря 2005 года здесь была сделана первая кремация). И, конечно, понимаю, насколько проблема кремации тучных людей актуальна. Хотя допускаю, что немногие коллеги напрямую сталкивались с ее решением, ведь крематориев в России пока очень мало. Если за рубежом обязательно условие для городов c населением 100 тысяч человек и более иметь крематорий, то у нас в стране не могут этого позволить даже города-миллионники. Полагаю, со временем ситуация изменится к лучшему и в России. Пока же хочу обратиться к широкому кругу читателей журнала, дать пояснения о кремации тучных людей и на нашем примере.
Умерших людей с избыточным весом везут к нам со всего Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого автономных округов, других территорий Тюменской области, ведь ближайший крематорий находится в Екатеринбурге. Поэтому обычная ситуация, когда привозят усопших на кремацию, не зная технических данных действующей у нас кремационной печи. Да и представления о процессе кремации у заказчиков зачастую тоже нет: сколько времени проходит кремация, какие гробы можно сжигать, что запрещено класть в гроб и т. д. Или другая крайность — родственники хотят забрать останки, т. е. урну с прахом сразу в этот же день. Хотя по правилам прах покойного выдается только на следующий день. Далее. По заказу родственников плотник делает гроб, как говорится, с запасом. А нам по приезду родственников с нестандартным гробом приходится уже думать, как выйти из ситуации. Либо срочно изготавливать новый гроб с меньшими размерами, либо кремировать без крышки гроба.
Кроме того, процесс кремации тучного трупа продлевается, и этот фактор несет для нас дополнительные затраты, т. к. кремационная печь работает на дизельном топливе, и каждая лишняя минута для нас сказывается рублем. Уж простите за такую «мелочность». Ну и, конечно, идет более быстрое разрушение пода и футеровки печи, ведь при сжигании жира происходит заметное повышение температуры в камере кремации. Еще хотел бы отметить такой факт, как неудобство (мягко говоря) при подготовке тела. Это его обмывание, одевание и бальзамирование. Сам практикую бальзамирование трупов. Здесь много своих особенностей, но зачастую при этом необходима дополнительная человеческая (физическая) помощь. Приходится отвлекать сотрудников крематория от своих обязанностей. Нестандартные гробы нужно еще и передвигать по зданию и, конечно, хранить (холодильные установки тоже имеют свои параметры). Словом, любое отклонение гроба от габаритов кремационной печи нарушает обычный рабочий ритм. А ведь кремация – поточный процесс, выверенный по времени и расходам.
Конечно, по большому счету клиента все это не должно волновать, ему нужно за плату предоставить соответствующие качественные услуги. И решение проблемы в том, что новые кремационные печи должны создаваться с учетом растущего количества полных людей. В последнее время это становится все более актуальным, т. к. тучных людей в нашей стране все больше.
Уверен, поднятая в журнале «Похоронный дом» тема адресована для размышления скорее не работникам действующих крематориев, а руководителям крупных городов, в которых строительство крематория начинается или предстоит. Властям, муниципальным похоронным структурам нужно обязательно учитывать зарубежный и отечественный опыт. Важно знать и предусматривать все «мелочи» в кремации тучных людей.
Думаю, моим коллегам, работающим в крематориях, поднятая в журнале тема будет тоже интересна и они выскажут на его страницах свои соображения и предложения.

Марат ШАЙХУТДИНОВ, технический директор Сургутского крематория